Вот ты же журналист, скажи, почему твои коллеги такие наглые? Почему они все время кричат и ругаются?-спрашивал меня СПЕЦНАЗОвец, работающий в Хамовническом суде. Александра отправили сюда с коллегами на несколько дней, пока в суде дело Pussy Riot рассматривают.
-Слушай, это смешно. Журналисты все разные. И спецназовцы тоже разные, правда? Полицейские все очень разные, врачи, учителя, священники... мы все разные. Правда, не все твои мальчики-одуваны. Так что не надо
-Да, в принципе да,-вздохнул Александр.
Мы сидели с ним в столовой суда и пили чай. Так уж получилось, что я не смогла попасть в зал суда. В этот день было слишком много журналистов, и пробраться через толпу корреспондентов, блоггеров и тех, кто просто пришел потвиттить из зала суда, потому что это клево, не получилось.
"Вот, из-за таких как вы, те, кому реально нужно попасть в суд, в суд и не попадают",-крикнул вслед одному из блоггеров мой коллега из BBC. И мы с них гордо удалились.
И вот я в столовой суда, единственном месте, где можно зарядить телефон, пью чай и выслушиваю жалобы на журналистов.
"Свободу Pussy Riot!",- неожиданно донеслось с улицы
"Ну, давай, беги. Хоть какое-то действие у суда",-улыбаясь побормотал Александр, допивая свой чай.
Я неторопливо пошла на улицу. Ничего интересного я не ждала. К суду то и дело подходили какие-то люди, что-то кричали или скандировали, на них нападала толпа журналистов, ибо скучно целый день сидеть без дела у суда, потом все расходились, так что я совсем не ожидала увидеть это на улице....
На крыше магазина соседнего дома стояли трое в масках, в масках, как у Pussy Riot. Они кричали: "Свободу Pussy Riot!"
Радости прессы не было предела. "Как хорошо, что я в суд не попала",- подумала я, доставая фотоаппарат.
"Свободу Pussy Riot!" -кричали уже и на крыше, и на земле. Зрители собрались очень быстро. Так же быстро к протестующим забрался полицейский, только что делать с ними дальше он не знал. Впрочем, что делать дальше, они тоже не знали.
Самый активный зажег на крыше флаер (видели бы вы в тот момент сияющие лица фотографов и операторов- экшн, однако)
Полицейский на крыше стоял молча в стороне, полицейские на земле молча следили за действием.
"Я объявляю голодовку! Я не слезу с крыши пока не впустят Pussy Riot!"-прозвучал решительный голос с крыши
Полицейскому на крыше наверное было очень неловко, когда он попытался стащить одного из участников этого действа с крыши. Человек в маске заорал неимоверно: "Нога! Он сломал мне ногу! Нога!"
Его тут же отпустили, и он снова стал скандировать: "Свободу Pussy Riot". А потом вдруг зазвучала песня...Я не очень знакома с песнями оппозиции, а эту песню пытались петь все хором и невпопад , так что слов я не разобрала.
Ну, вот песня допета. Что делать дальше - непонятно. На крыше стоит грустный полицейский. Внизу мы все безмолвствуем и смотрим, ждем...
Тут откуда ни возьмись появилась Баронова с мегафоном. Она начала вещать, что свидетелей защиты не пускают в суд (что чистая правда, даже Улицкая в тот день грустно сидела на ступеньках суда, гадая -пустят ли ее в зал.
"Нас не пускают в суд. Наши права игнорируют",- жаловалась Баронова... Короче, общий смысл ее речи сводился к тому, что надо бы попротестовать еще и против такого беспредела в поддержку свидетей, раз они все равно протестуют...
Люди на крыше очень удивились, но от поддержки отказались: сами разберемся за что бороться. И продолжили свое гордое стояние...
Полицейские с любопытством наблюдали за происходящим с тротуара.То ли получив приказ, то ли по собственной инициативе ( надоело стоять и молчать), полицейский на крыше подошел к протестующим и стал их привязывать к решеткам на окнах, чтоб они случайно с крыши не свалились. Надо сказать, что протестующие не сопротивлялись и спокойно дали себя привязать.
На земле тем временем развернулось прелюбопытное действо. Один молодой и активный подбежал к строительным лесам и попытался взобраться по ним на крышу. К нему ринулись полицейские
-Я им только водичку передам
-Ага, мы сами передадим...
Его стащили с лесов, так и не дав совершить доброе дело.
На крыше продолжали мирно стоять привязанные к решеткам протестующие, грустный полицейский стоял с ними рядом. Народ безмолвствовал. Все чего-то ждали и никто не знал, что дальше-то делать.
Минут через 20 к дому подогнали кран, полицейские полезли снимать протестующих. Неожиданного одному из стражей порядка стало плохо - то ли обморок, то ли приступ...
Протестующих, тем не менее, все же быстро сняли, арестовали и увезли... Концерт окончен. Аплодисменты. Занавес.
Я вернулась в суд, где тем временем разворачивался другой спектакль. Дело в том, что часы работы суда до 6 часов вечера, а судебный процесс может идти до 10, но в суде в это время могут находиться только участники процесса, о чем судебный пристав и сообщил журналистам и блоггерам, сидевшим у зала суда. Опрометчиво...
-По какому праву? Как вас зовут?-журналисты уходить не хотели и перешли в атаку.
-Послушайте...,- начал судебный пристав
-Нет, это ты слушай меня, слушай нас, высокообразованных, умных, хорошозарабатывающих людей...,-Баронова сегодня была в удареПристав ей тихо ответил: " Хорошо образованные люди так себя не ведут"
Впрочем, журналистов оставили на месте, попросили только не шуметь, суд же идет...
Позже совершенно по- хамски повел себя другой борец с" кровавым режимом", которого не пускали на заседание. Его грубо и жестко спецназовцы удалили из зала суда и интернет захлебнулся в истерике о беспределе силовиков в суде. И никто не написал, что тот человек реально хамил и грубил, что его до этого выгнали из зала суда за то, что он демонстративно фотографировал, что было запрещено. Поэтому его и не пускали.
Я вдруг вспомнила свой утренний разговор с Александром из СПЕЦНАЗа и мне стало очень неловко. Просто когда силовики ведут себя жестко - это одно, от них это как-то ожидаешь, когда интеллигетные люди хамеют-другое. .
Комментариев нет:
Отправить комментарий