Седовласый мужчина в свитере пел. В мегафон на площади в Севастополе он громко изливал "Севастополь - город русских моряков". С ним пела площадь. Произвольно у меня потекли слезы. Это было так сильно. Сильно, искренне, с любовью. Без напускнова пафоса, бесконечной путаницы слов, в которых порой увязают политики. Человека в свитере верили сильней, кажется, чем себе. Это было начало какой-то другой истории. Потом это назовут "русская весна". И началась она в Севастополе 23 февраля 2014, ровно год назад.
«Я всегда был уверен, что Россия вернет Севастополь. Но я не знал, когда это случится. В мире должна была сложиться определенная ситуация для этого. Но я не сомневался, что так будет и соратникам своим доказывал это. В начала 90-х почти каждое воскресение люди на митинги собирались, ждали этого. А потом начали сомневаться конечно, говорили, что России мы не нужны. Но я понимал, что по-другому просто не может быть. Как это Россия без Севастополя? Как это Севастополь без России - вспоминал Александр Караваев.- Эта вера помогла мне с друзьями создать в 2007 году "Ритуал Севастополя" Каждое воскресение группа людей проходила по Севастополю с Андреевскими флагами в руках, приклоняя колено у мест славы Севастополя и отдавая дать памяти подвигу предков. Год назад они так прошли уже 227 раза".
«Моя семья живет здесь со времен крымской войны. Отец - участник обороны Севастополя. Деды погибли при защите города. Вопрос о том, что произошло после развала Советского Союза очень болезненный. Когда начались процессы, связанные с определением суверенитета союзных республик, мало кто понимал, что из этого выйдет. Говорили, что мы сохраняем армию, общие стратегические силы, будет одинаковая рублевая система, просто государства будут более эффективно распоряжаться своим имуществом и своей экономикой. Это казалось вполне логичным, справедливым. Но затем в СССР начался «парад суверенитетов», каждая республика стремилась доказать свою исключительность. Украина устремилась к незалежности, полной независимости от России. Тогда мы и стали прозревать», - вспоминает Валерий Володин, капитан 1-го ранга, инициатор создания, а сейчас директор Музейного комплекса "35-я береговая батарея»
Вячеслав Горелов сегодня депутат ЗСК Севастополя, а год назад - один из организаторов «Митинга народной воли», соучредитель Народного фронта «Отстоим Севастополь!». "Севастополь в 93-м был предан тогдашней российской властью, которая была в те годы или слаба, или неумна, или и то, и другое вместе. Украина готова была выйти из Советского Союза без Крыма и Севастополя. Кравчук был изумлен, что Ельцин даже не предложил оставить эти территории. Поэтому Севастополь всегда разделял два понятия – власть и Отечество. Была массовая обида на российскую власть, которая предала Севастополь, и была столь же массовая любовь и преданность России»
А потом начался «украинский проект», «украинанизация» и попытки «перформатирования сознания», - признается Александр Караваев. «В СБУ огранизовали выставку про голодомор. Мы тогда отправили письма в ООН в знак протеста. Ибо фотографии там были не только Украины, но и России, и даже США, сделанные в годы великой депрессии. Ложь на каждом шагу. История Украины, которая преподавать в школах была антироссийской направленности. Нашим детям вместо истории, рассказывали про «хату с краю», вечно обижаемую Украину. Из бандеровцев делали героев. И конечно это было страшно. Одна представительница Гороно проверяла школы, и когда находила учебники русского языка, рвала их в клочья. Стали появляться патриотические общества. С искажением истории мы боролись как могли. Например, в Севастополе дважды пытались установить табличку на Графской пристани «в честь 90-летия со дня поднятия кораблями Черноморского флота флага Центральной Рады». Это было сделано в годы Великой Отечественной по приказу командующего Черноморским флотом Саблиным, чтобы убедить немцев, что флот украинизирован, и больше нет причин для продвижения войск к Севастополю. Таким образом он хотел спасти флот. Но поднимать флаг большая часть кораблей отказалась. Подняли их только два корабля, но провисели флаги совсем недолго. В последствии сам Саблин назвал это позором. И устанавливать в честь такого события табличку в Севастополе - плевок нам в душу. Ее сорвали и утопили. За это на меня и моих товарищей возбудили уголовное дело. А в октябре 2007 мы основали общество «Севастопольский ритуал» и каждое воскресение с андреевскими флагами люди проходили по Севастополю, приклоняя колени у памятных мест славы»
«Я всегда был уверен, что Россия вернет Севастополь. Но я не знал, когда это случится. В мире должна была сложиться определенная ситуация для этого. Но я не сомневался, что так будет и соратникам своим доказывал это. В начала 90-х почти каждое воскресение люди на митинги собирались, ждали этого. А потом начали сомневаться конечно, говорили, что России мы не нужны. Но я понимал, что по-другому просто не может быть. Как это Россия без Севастополя? Как это Севастополь без России - вспоминал Александр Караваев.- Эта вера помогла мне с друзьями создать в 2007 году "Ритуал Севастополя" Каждое воскресение группа людей проходила по Севастополю с Андреевскими флагами в руках, приклоняя колено у мест славы Севастополя и отдавая дать памяти подвигу предков. Год назад они так прошли уже 227 раза".
Вячеслав Горелов сегодня депутат ЗСК Севастополя, а год назад - один из организаторов «Митинга народной воли», соучредитель Народного фронта «Отстоим Севастополь!». "Севастополь в 93-м был предан тогдашней российской властью, которая была в те годы или слаба, или неумна, или и то, и другое вместе. Украина готова была выйти из Советского Союза без Крыма и Севастополя. Кравчук был изумлен, что Ельцин даже не предложил оставить эти территории. Поэтому Севастополь всегда разделял два понятия – власть и Отечество. Была массовая обида на российскую власть, которая предала Севастополь, и была столь же массовая любовь и преданность России»
А потом начался «украинский проект», «украинанизация» и попытки «перформатирования сознания», - признается Александр Караваев. «В СБУ огранизовали выставку про голодомор. Мы тогда отправили письма в ООН в знак протеста. Ибо фотографии там были не только Украины, но и России, и даже США, сделанные в годы великой депрессии. Ложь на каждом шагу. История Украины, которая преподавать в школах была антироссийской направленности. Нашим детям вместо истории, рассказывали про «хату с краю», вечно обижаемую Украину. Из бандеровцев делали героев. И конечно это было страшно. Одна представительница Гороно проверяла школы, и когда находила учебники русского языка, рвала их в клочья. Стали появляться патриотические общества. С искажением истории мы боролись как могли. Например, в Севастополе дважды пытались установить табличку на Графской пристани «в честь 90-летия со дня поднятия кораблями Черноморского флота флага Центральной Рады». Это было сделано в годы Великой Отечественной по приказу командующего Черноморским флотом Саблиным, чтобы убедить немцев, что флот украинизирован, и больше нет причин для продвижения войск к Севастополю. Таким образом он хотел спасти флот. Но поднимать флаг большая часть кораблей отказалась. Подняли их только два корабля, но провисели флаги совсем недолго. В последствии сам Саблин назвал это позором. И устанавливать в честь такого события табличку в Севастополе - плевок нам в душу. Ее сорвали и утопили. За это на меня и моих товарищей возбудили уголовное дело. А в октябре 2007 мы основали общество «Севастопольский ритуал» и каждое воскресение с андреевскими флагами люди проходили по Севастополю, приклоняя колени у памятных мест славы»
«Мы активно сопротивлялись. Севастопальцам удалось за эти 23 года сохранить свой менталитет. Хоть и факультативно, но в школах у нас начали преподавать Севастополеведение, детям рассказывали про великий город и его историю. Родители занимались дома с детьми. Мы построили комплекс «35-я береговая батарея», - рассказывает капитан 1-го ранга Валерий Володин. Деньги на этот комплекс выделил Алексей Чалый.
По словам Вячеслава Горелова, первый Майдан в 2004 привёл к власти Ющенко с его русофобской политикой: «Несколько месяцев второго Майдана показали, что его результаты будут еще страшнее, ибо в Киеве рвались к власти откровенные нацисты»
«Мы одинаково презираем и Януковича, и Яценюка с его подельниками. Но эти майдановские события не могли оставить нас равнодушными. Ведь уже начали звучать призывы о сносе памятников тоталитарному режиму, запрете празднования Дня Победы, героизация УНА УНСО и так далее. И мы небольшой группой создали движение, которое я назвал «Республика». В феврале стало ясно, что ситуация близится к развязке. Мы начали готовить план обороны города», - вспоминает Борис Колесников.
«Националисты, которые раньше рядились в патриотические тоги, захватили власть и нам стало понятно, что росийский флот они здесь не оставят и не дадут спокойно жить русским. В городе начали происходить какие-то странные вещи. По всей Украине в это время шли захваты административных зданий бандеровцами. И на этом фоне у нас поползли слухи, что «нацики» захватили или собираются захватить то или иное здание. В город начали проникать провокаторы, поэтому на въезде в город появились блок посты. Стали охранять администрацию. В Севастополе с начала Майдана, проходили митинги. И вначале там были и с российскими и с украинскими флагами. Но нужно было что-то масштабное во главе с настоящими лидерами. Решение о митинге «народной воли» приняли за дня два. Начали печатать листовка на принтерах. Размещали их в магазинах, раздавали прохожим. Сколько выйдет на площадь, было не понятно» - вспоминает один из активных участников «русской Весны» Игорь Соловьев. Он принимал участие в подготовке митинга, был его ведущим, а потом ежедневно информировал население о решениях народного мэра. Можно сказать, он был голосом «русской весны»
«Одесситы, харьковчане, жители Луганска тоже протестовали. Другое дело, что в Севастополе митинг был организован мгновенно. И это заслуга Чалого Алексей Михайловича и его команды. В нашем комплексе «35-я береговая батарея» мы печатали листовки. По городу ходили машины, как во время войны, с рупором: «Приходите на митинг! Приходите на митинг!» Мы печатали листовки у себя, в музейном комплексе, разбились на группы, ходили по районам. Каждый подъезд посетили» - делится капитан Валерий Володин.
«Мы же свое будущее связывали только с Россией, в глубине души надеясь, но все же опасаясь, сомневались в том, что мы ей нужны. В то время многие из нас, читая российские издания и слушая политиков, научились читать между строк и слышать то, что не было сказано . Вот эти недосказанности, подтекст подсказывали нам, что Россия ждет Севастополь, это будет возвращение домой», - говорит Борис Колесников. Когда-то он работал в уголовном розыске, но после того, как Севастополь стал Украинским, принимать присягу другой стране отказался. «Выборы мэра это была мечта Севастопольцев, которые наивно полагали, то выбрав своего мы и по-другому жить начнем, не по указке из Киева. Придя за пару часов до начала митинга мы предложили Чалому возглавить городскую власть. Почему именно Чалый? Потому что патриот, не был связан с политикой, человек не бедный, кстати, он за свои деньги в первые дни революции закупил для города инсулин, на всякие первоочередные нужды выделил из своих денег 10 миллионов евро. Как ни крути человек с незапятнанной репутацией. Такому город должен был поверить»
По словам Вячеслава Горелова, первый Майдан в 2004 привёл к власти Ющенко с его русофобской политикой: «Несколько месяцев второго Майдана показали, что его результаты будут еще страшнее, ибо в Киеве рвались к власти откровенные нацисты»
«Мы одинаково презираем и Януковича, и Яценюка с его подельниками. Но эти майдановские события не могли оставить нас равнодушными. Ведь уже начали звучать призывы о сносе памятников тоталитарному режиму, запрете празднования Дня Победы, героизация УНА УНСО и так далее. И мы небольшой группой создали движение, которое я назвал «Республика». В феврале стало ясно, что ситуация близится к развязке. Мы начали готовить план обороны города», - вспоминает Борис Колесников.
«Националисты, которые раньше рядились в патриотические тоги, захватили власть и нам стало понятно, что росийский флот они здесь не оставят и не дадут спокойно жить русским. В городе начали происходить какие-то странные вещи. По всей Украине в это время шли захваты административных зданий бандеровцами. И на этом фоне у нас поползли слухи, что «нацики» захватили или собираются захватить то или иное здание. В город начали проникать провокаторы, поэтому на въезде в город появились блок посты. Стали охранять администрацию. В Севастополе с начала Майдана, проходили митинги. И вначале там были и с российскими и с украинскими флагами. Но нужно было что-то масштабное во главе с настоящими лидерами. Решение о митинге «народной воли» приняли за дня два. Начали печатать листовка на принтерах. Размещали их в магазинах, раздавали прохожим. Сколько выйдет на площадь, было не понятно» - вспоминает один из активных участников «русской Весны» Игорь Соловьев. Он принимал участие в подготовке митинга, был его ведущим, а потом ежедневно информировал население о решениях народного мэра. Можно сказать, он был голосом «русской весны»
«Одесситы, харьковчане, жители Луганска тоже протестовали. Другое дело, что в Севастополе митинг был организован мгновенно. И это заслуга Чалого Алексей Михайловича и его команды. В нашем комплексе «35-я береговая батарея» мы печатали листовки. По городу ходили машины, как во время войны, с рупором: «Приходите на митинг! Приходите на митинг!» Мы печатали листовки у себя, в музейном комплексе, разбились на группы, ходили по районам. Каждый подъезд посетили» - делится капитан Валерий Володин.
«Мы же свое будущее связывали только с Россией, в глубине души надеясь, но все же опасаясь, сомневались в том, что мы ей нужны. В то время многие из нас, читая российские издания и слушая политиков, научились читать между строк и слышать то, что не было сказано . Вот эти недосказанности, подтекст подсказывали нам, что Россия ждет Севастополь, это будет возвращение домой», - говорит Борис Колесников. Когда-то он работал в уголовном розыске, но после того, как Севастополь стал Украинским, принимать присягу другой стране отказался. «Выборы мэра это была мечта Севастопольцев, которые наивно полагали, то выбрав своего мы и по-другому жить начнем, не по указке из Киева. Придя за пару часов до начала митинга мы предложили Чалому возглавить городскую власть. Почему именно Чалый? Потому что патриот, не был связан с политикой, человек не бедный, кстати, он за свои деньги в первые дни революции закупил для города инсулин, на всякие первоочередные нужды выделил из своих денег 10 миллионов евро. Как ни крути человек с незапятнанной репутацией. Такому город должен был поверить»
Сергей Кажанов, один из организаторов митинга, вспоминал: "Я спросил Чалого: "А если ничего не произойдет?" «Как ничего не произойдет? Я всю жизнь к этому шел. Я все отдам. "Тавриду" отдам. Весь бизнес отдам. Жизнь отдам. Не может ничего не произойти. Мы не можем упустить этот момент. Как мы сможем смотреть в глаза детям?»
Потом когда Алексею Чалому предложили стать народным мэром, а произошло это буквально часа за 2 до митинга, он тоже возмутился. "-Вы что? Это же жизни людей! Я не возьму на себя такую ответственность!" Мы его окружили: "Если не Вы то кто? Это единственный шанс! Нет других вариантов. Просто нет. Мы так долго к этому шли! Сами же говорили" "Мне нужно полчаса "– сказал Чалый, сел перед компьютером и стал что-то читать. Помню, я ещё с кем-то пошутил: «Пошёл читать «Руководство городами для чайников" - рассказывает Игорь Соловьев: "Мы же продумали сценарий митинга и поехали на площадь Нахимова, где должна была решиться судьба Севастополя и, как потом выяснилось, всего Крыма…»
Колесников Борис вспоминает: когда он шел на площадь, не рассчитывал вернуться домой. По его словам, он думал - повяжут и срок дадут. Но когда увидел столько людей, в голове всплыли строчки из известной песни Окуджавы "сомнения прочь….". Над площадью развивались флаги России и был плакат «Россия, мы брошены, возьми нас обратно!».
«Этого единения, которое мы увидели на площади, не ожидал никто. Мы представить себе не могли на сколько возбужден народ. Стоили лишь предложить собраться, бросить клич и всё. Примчались на площадь. Решать свою судьбу . И судьбу города. Тут же стали записываться в отряды самообороны. Беркут наш, вернувшийся в Севастополь, первый выступил на стороне временного координационного совета. Они взяли на себя смелость организовать кордоны на въезде в Севастополь. Многие с работы увольнялись, чтоб вступить в отряды. Тогда это было самым важным» - делится Валерий Володин
«Говорили, что когда беркутовцы увидели на площади множество людей, по инерции взяли в руки щиты и спрятались за ними. Им казалось, что сейчас на них набросятся с «коктейлями Молотова», как в Киеве. Они не ожидали, что Севастополь их встретит как героев. Крепкие мужики не могли сдержать слёз, - вспоминает ведущий митинга Игорь Солольев - До начала митинга на сцену внезапно поднялись представители тогдашней власти Владимир Яцуба, глава горсовета Юрий Дойников, депутаты из Партии регионов. И вот я понял, что если они начнут говорить, то народ может разойтись. Мне стало страшно, что наше дело может так бесславно закончиться, поэтому я решил никого из них к микрофону не пускать. В голове закрутилось только: "Где Чалый?" А Чалого все не было. Я очень волновался. Что же делать»
Где был Алексей Чалый видел журналист «Форпост Севастополь " Дмитрий Осипенко. Чалый ходил рядом с ним целый час и думал. «Когда он поставил ногу на ступеньку, ведущую на сцену , наступил переломный момент в новейшей истории. Не решись он тогда на этот шаг, не известно, что случилось бы дальше. Это был самый сложный период в моей жизни. Я осознал всё только в тот момент, когда стоял на крыше городской Администрации и смотрел, как Алексей Михайлович разворачивает с древка огромный триколор»
«Нас загоняют в рамки, как людей второго сорта, которым будет запрещено иметь то самое право на историю и русский язык» - сказал с трибуны Чалый в своем уже знаменитым свитере. Севастопольцы называли его Чегеварой и в том день Чегевара стал народным мэром.
«Желание, чтобы Россия вернула себе Севастополь, было у всех. Но никаких таких пунктов в резолюции не было, потому что мы не знали, как Россия на это отреагирует. Мы вообще не знали, что будет дальше. Могли остаться один на один со всей Украиной или может Крым тоже поднимется, или восточная Украина к нам присоединится, и мы вместе будем отстаивать свои права. .Задача стояла очень сложная. И ожидать, что российская власть вернет Крым, мы не могли. Страну, где 140 миллионов человек живет, и живет хорошо, ставить на грань войны потому, что мы хотим домой, тоже не совсем правильно. Надеялись, но конечно же не было никакой уверенности в этом. Поэтому в резолюции после митинга про это не было ни слова. Было другое: мы не подчиняемся властям Киева, мы избираем своего мэра. Но на площади люди говорили, что мы с Россией. Не понятно было в какой форме, но все этого очень хотели". - рассказал спустя год после этих событий ведущий митинга Игорь Соловьев.
На митинге «народной воли» также была провозглашена резолюция, в которой говорилось, что Севастополь не признаёт последние решения Верховной Рады Украины, а происходящее в стране считает государственным переворотом. Протестующие приняли решение не перечислять налоги, собранные в Севастополе, в столицу Украины и организовать на территории города отряды самообороны, в которые стали записываться тут же.
«В какой-то момент я, стоя на сцене, огляделся по сторонам и увидел такую картину: надо мной ясное синее небо, по нему плывут облака, до горизонта всё заполнено людьми и вокруг развеваются российские флаги. В этот момент невольно подумалось: «Вот это сказка! Ради этого дня стоило жить. Неважно, что будет завтра, но сегодня я абсолютно счастлив». - делится своими воспоминаниями ведущий митинга Игорь Соловьев.
На следующий день мэр Севастополя официально подал в отставку, городской совет на внеочередном заседании принял решение о создании «городского управления по обеспечению жизнедеятельности города» и его руководителем стал "Чегевара" Алексей Чалый. Киев же назначил нового мэра и завел уголовное дело на Чалого. Но арестовать его не удалось. Вход в администрацию охраняли несколько тысяч человек. Представителей СБУ вместе с прокурором заставили покинуть здание и порвать ордер на арест Чалого. А потом вся многотысячная площадь пела «Севастополь - город русских моряков» и началась совсем другая история
Потом когда Алексею Чалому предложили стать народным мэром, а произошло это буквально часа за 2 до митинга, он тоже возмутился. "-Вы что? Это же жизни людей! Я не возьму на себя такую ответственность!" Мы его окружили: "Если не Вы то кто? Это единственный шанс! Нет других вариантов. Просто нет. Мы так долго к этому шли! Сами же говорили" "Мне нужно полчаса "– сказал Чалый, сел перед компьютером и стал что-то читать. Помню, я ещё с кем-то пошутил: «Пошёл читать «Руководство городами для чайников" - рассказывает Игорь Соловьев: "Мы же продумали сценарий митинга и поехали на площадь Нахимова, где должна была решиться судьба Севастополя и, как потом выяснилось, всего Крыма…»
Колесников Борис вспоминает: когда он шел на площадь, не рассчитывал вернуться домой. По его словам, он думал - повяжут и срок дадут. Но когда увидел столько людей, в голове всплыли строчки из известной песни Окуджавы "сомнения прочь….". Над площадью развивались флаги России и был плакат «Россия, мы брошены, возьми нас обратно!».
«Этого единения, которое мы увидели на площади, не ожидал никто. Мы представить себе не могли на сколько возбужден народ. Стоили лишь предложить собраться, бросить клич и всё. Примчались на площадь. Решать свою судьбу . И судьбу города. Тут же стали записываться в отряды самообороны. Беркут наш, вернувшийся в Севастополь, первый выступил на стороне временного координационного совета. Они взяли на себя смелость организовать кордоны на въезде в Севастополь. Многие с работы увольнялись, чтоб вступить в отряды. Тогда это было самым важным» - делится Валерий Володин
«Говорили, что когда беркутовцы увидели на площади множество людей, по инерции взяли в руки щиты и спрятались за ними. Им казалось, что сейчас на них набросятся с «коктейлями Молотова», как в Киеве. Они не ожидали, что Севастополь их встретит как героев. Крепкие мужики не могли сдержать слёз, - вспоминает ведущий митинга Игорь Солольев - До начала митинга на сцену внезапно поднялись представители тогдашней власти Владимир Яцуба, глава горсовета Юрий Дойников, депутаты из Партии регионов. И вот я понял, что если они начнут говорить, то народ может разойтись. Мне стало страшно, что наше дело может так бесславно закончиться, поэтому я решил никого из них к микрофону не пускать. В голове закрутилось только: "Где Чалый?" А Чалого все не было. Я очень волновался. Что же делать»
Где был Алексей Чалый видел журналист «Форпост Севастополь " Дмитрий Осипенко. Чалый ходил рядом с ним целый час и думал. «Когда он поставил ногу на ступеньку, ведущую на сцену , наступил переломный момент в новейшей истории. Не решись он тогда на этот шаг, не известно, что случилось бы дальше. Это был самый сложный период в моей жизни. Я осознал всё только в тот момент, когда стоял на крыше городской Администрации и смотрел, как Алексей Михайлович разворачивает с древка огромный триколор»
«Нас загоняют в рамки, как людей второго сорта, которым будет запрещено иметь то самое право на историю и русский язык» - сказал с трибуны Чалый в своем уже знаменитым свитере. Севастопольцы называли его Чегеварой и в том день Чегевара стал народным мэром.
«Желание, чтобы Россия вернула себе Севастополь, было у всех. Но никаких таких пунктов в резолюции не было, потому что мы не знали, как Россия на это отреагирует. Мы вообще не знали, что будет дальше. Могли остаться один на один со всей Украиной или может Крым тоже поднимется, или восточная Украина к нам присоединится, и мы вместе будем отстаивать свои права. .Задача стояла очень сложная. И ожидать, что российская власть вернет Крым, мы не могли. Страну, где 140 миллионов человек живет, и живет хорошо, ставить на грань войны потому, что мы хотим домой, тоже не совсем правильно. Надеялись, но конечно же не было никакой уверенности в этом. Поэтому в резолюции после митинга про это не было ни слова. Было другое: мы не подчиняемся властям Киева, мы избираем своего мэра. Но на площади люди говорили, что мы с Россией. Не понятно было в какой форме, но все этого очень хотели". - рассказал спустя год после этих событий ведущий митинга Игорь Соловьев.
На митинге «народной воли» также была провозглашена резолюция, в которой говорилось, что Севастополь не признаёт последние решения Верховной Рады Украины, а происходящее в стране считает государственным переворотом. Протестующие приняли решение не перечислять налоги, собранные в Севастополе, в столицу Украины и организовать на территории города отряды самообороны, в которые стали записываться тут же.
«В какой-то момент я, стоя на сцене, огляделся по сторонам и увидел такую картину: надо мной ясное синее небо, по нему плывут облака, до горизонта всё заполнено людьми и вокруг развеваются российские флаги. В этот момент невольно подумалось: «Вот это сказка! Ради этого дня стоило жить. Неважно, что будет завтра, но сегодня я абсолютно счастлив». - делится своими воспоминаниями ведущий митинга Игорь Соловьев.
На следующий день мэр Севастополя официально подал в отставку, городской совет на внеочередном заседании принял решение о создании «городского управления по обеспечению жизнедеятельности города» и его руководителем стал "Чегевара" Алексей Чалый. Киев же назначил нового мэра и завел уголовное дело на Чалого. Но арестовать его не удалось. Вход в администрацию охраняли несколько тысяч человек. Представителей СБУ вместе с прокурором заставили покинуть здание и порвать ордер на арест Чалого. А потом вся многотысячная площадь пела «Севастополь - город русских моряков» и началась совсем другая история
В Севастополе за его долгую историю было много мятежей. Много раз народ поднимал бунт против властей. Этот был самый мирный и успешный. Не было арестов, город не остался один на один против Украины, как опасались многие. К нему присоединился и весь Крым.
Валерий Володин говорит: «А Украина в это время бесновалась. Бесновалась в Одессе, бесновалась на Крещатике. Мы вздохнули с облегчением, что не допустили эту мразь к нам. Конечно смена одного государственного строя имеет свои недостатки. Город погрузился в очереди. Про них даже анекдоты сочиняли. Нужна страховка, паспорта, пенсия, заявления в банки, ГАИ. Мы даже анекдоты сочиняли. Ну, что тут поделаешь? Конечно много было не понятно и сложно. Старикам особенно, попробуй все это переоформи. Ассимиляция людей в Россию произошла быстро, а вот экономики - нет. Проблемы со светом, с водой, с доставкой продуктов, товаров. Надо было налаживать доставку продуктов из России. Это и сейчас проблематично. Доставляется все на пароме. А он зависит от погоды. В общем, пока не появится мост, будут проблемы конечно. Бытовая неустроенность есть. Но все то ерунда. Мы в России - и это главное. Понимаешь, мы дома»
Просто они дома.
Валерий Володин говорит: «А Украина в это время бесновалась. Бесновалась в Одессе, бесновалась на Крещатике. Мы вздохнули с облегчением, что не допустили эту мразь к нам. Конечно смена одного государственного строя имеет свои недостатки. Город погрузился в очереди. Про них даже анекдоты сочиняли. Нужна страховка, паспорта, пенсия, заявления в банки, ГАИ. Мы даже анекдоты сочиняли. Ну, что тут поделаешь? Конечно много было не понятно и сложно. Старикам особенно, попробуй все это переоформи. Ассимиляция людей в Россию произошла быстро, а вот экономики - нет. Проблемы со светом, с водой, с доставкой продуктов, товаров. Надо было налаживать доставку продуктов из России. Это и сейчас проблематично. Доставляется все на пароме. А он зависит от погоды. В общем, пока не появится мост, будут проблемы конечно. Бытовая неустроенность есть. Но все то ерунда. Мы в России - и это главное. Понимаешь, мы дома»
Просто они дома.
