Быстро домой!

-Ну, домой! Домой быстро! Вот я тебе задам, когда вернешься!- Наталья Петровна пыталась докричаться до своего внука, стоя у воинской части в Феодосии, словно надеялась, что он услышит ее голос не только в трубке телефона, а сможет сможет настигнуть ее внука где-то в части. И так он лучше поймет ее печаль, страх и боль.

-И не бросай на меня трубку! Нет, опять бросил. Нервов моих не хватает. Вот растила растила внуков, а они так с тобой обращаются,- пожаловалась она мне

-Ну, как же он уйдет? Это же армия. Он присягу давал. 

-Как пришел, так и уйдет. Контрактник он. Он вот говорил, что многие тут рапорта понаписали. Уволиться хотят. А командир рвет все прошения. А ребятки-то наши местные. Оно им надо сейчас воевать? С кем? С нашими же? Против нас? Кого они там  сейчас защищают? Упырей этих? Путь домой идет. Связать командира и домой!  А командир пусть в свой Киев валит

-Женщина, отойдите, от ворот. Ну, не выйдет он сейчас. Потом приходите,- не выдерживает солдат за воротами.

-Потом приходите! Много ты понимаешь. Это же не твой внук там,- ворчит бабушка,- Мать волнуется. Я волнуюсь. 

-И отец волнуется. А как отцу потом в глаза ваш внук смотреть будет, если сейчас сбежит? 

-Дурак!

Наталья Петровна вздыхает, и отходит к своим подружкам тоже дежурившим у части. Здесь было очень много людей: и  вежливые люди, и казаки, и  местные жители. В Перевальном местные все больше защищали военную базу от вторжения, от любого вторжения. Там говорили, что ребята выполняют свой долг, и их в обиду никто не даст. Там охраняют  солдат. Здесь солдат просят уйти из части. Не оставаться там. Почти все, дежурящие у части,  хотят, чтоб она перешла на сторону крымского народа. "Крымский народ"-такое странное сочетание к которому в никак не могу привыкнуть. 

Это не значит, что все в Федосии заодно, просто тех, кто не согласен, сюда не подпустят. Несогласных называют провокаторами. Им здесь не место. Прогоняют быстро и жестко. 

-Ребят, мы вам тут еду принесли, там печенья и пряники. Возьмите. 

Двое мужчин лет 30 принесли огромные пакеты с едой. Они аккуратно передают их солдатам их через забор. И пакеты с удовольствием еду принимают. 

-Как зовут? Леша? Леша, ты телефон мой запиши, если что надо, звони. Мы привезем. Как тут с продуктами? Я вот читал, что их не завозят

-Да, завозят все. Не голодаем. 

-Ну, все равно звони, если что. Вам сейчас очень не просто. А тут эти еще орут. Аргументов у них нет, одни эмоции. Россия! Россия! Что Россия? А дальше что? Ничего не понимают. Но, вы держитесь.

Они проходят мимо отрядов самообороны. Смотрят на них напряженно. Не нравится им все это, но в споры не вступают.

-Так! А выс какого канала? А-ну документы,-внезапно нас замечают

-Раша тудэй. Россия сегодня

-О! Так это наши ребята. У вас же Маргарита Симоньн главная?  Армен, иди сюда наши приехали. А Маргарита тоже с вами? 

-Нет

-А это жаль. Так. Это наши, россияне. Давайте-ка достанем плакаты. Пусть в России знают, что мы думаем

-Крым-России!

-Да, дура, нельзя так кричать. Это ж сепаратизм называется. Кричи или Крым, или Россия. 

-Да, кричи давай. Что ты стесняешься? У нас тут демократия, что угодно кричать можно. 

-Камеру отдай! -внезапный громкий крик метрах в трехстах от нас. Местные жители вели к казакам человека с фотоаппаратом. Его назвали провокатором, ибо он был с какого-то украинского СМИ. 

-Демократия говорите?

-Демократия для тех, кто правду говорит. А этих все врут. Такую фигню показывают,-пояснили мне тонкость местной демократии

Журналиста окружили казаки, местные жители, подошла полиция. Репортер кричал, чтоб ему дали снимать. Женщины кричали, что он все врет. Милиционеры ничего не кричали, они стояли рядом и наблюдали.  Не вмешивались. 

-Так. А-ну отпустить его. Что это вы затеяли? Это его работа. Цыц говорю! Иди давай. И хватит орать! Врать надо меньше, тебе никто и не тронет. Давай, иди,-конец разборкам положил главный казак быстро и четко. 

Мы провели у части часа два. Пошел дождь, дул ветер, было холодно, местные жители сменяя друг друга продолжали дежурить у части. 

Командир подразделения, который хотела нами пообщаться так и не вышел.

Последний звонок ему перед отъездом

- Прости. Очень много всего

- Как вы там? 

- Не спокойно. У нас есть информация, что ночью часть будут штурмовать 

-Кто? 

-Не  знаю

-Очень хотят нас  поссорить с вежливыми. Надеюсь, чтоб у них это не выйдет. Все время чего-то ждем. А там стоят еще мамаши и родственники?

-Стоят

-Надо отправить кого-то их успокоить. А-то понарассказывали  им всякие. Надо бы успокоить.

Когда мы уезжали, какая-то женщина подошла к БТР и положила на него цветы.  

И дрон с ними

Над заблокированной военной частью поднялся дрон. 

-Твою ж! Его же сейчас собьют. Дебилушки! 

Мы вздрогнули. Ну, правда. Над воинской частью -дрон. Он же сейчас снимет и покажет, все что скрыто 

Очевидное-невероятное. Впрочем, чего это я удивляюсь.

Тут вообще  все сложно. 

Воинская часть. Её оцепили  "вежливые людей " в форме без опознавательных знаков, еще эту базу охраняют казаки, говорят, защищают военных  от провокаций. Еще её охраняют обряды самообороны из местных, оберегают военных от тех, кто может попытаться проникнуть на базу. Это еще не все. Так же  у ворот стоят женщины. Они называют себя женами  и матерями военнослужащих. И они тоже охраняют военных и вообще они за мир. Они за мир, а Обама мудак. Просили, чтоб мы передали это. Передаем. 

Дрон поднялся высоко повесел пару минут в воздухе и сел. Военные не дернулись. Дернулись казаки, стоящие рядом. Несколько человек подошли к дрону. Оказалось запускал его хорошо знакомый рыжий блоггер. "Еще раз поднимешь,  собьем нахер",-проинформировали бойцы и ушли 

Интересный день сегодня. Внезапный 

Звоню в часть:

-Привет. Как вы там? 

-Хорошо. 

-Не голодаете? Кушать есть что? Тут женщины у ворот волнуются. 

-Да, мы тут все покушали. Не переживайте .

-Командир части выйдет? 

-Выйдет. Через пол часа. 

Ждем. Людей у части  много. Все спорят. Ругаются. 

Россия. Крым. Украина. Нато. Оккупация. Фашизм не пройдет. Убирайтесь с нашей земли. Они же дети. Провокация. Сам такой. 

К части подъезжает машина военная с людьми. И вот этот неловкий момент, когда чтоб попасть на территорию воинской  части, военным надо пройти кордон  отряда самообороны. Так победим! Ну, ок! 

У ворот бродят журналисты и блогеры.  Витает тонна слухов. Говорят, что часть сдается. Что сейчас внутри представители Крыма и они убеждают военных присягнуть крымскому народу. Что военным поставили  ультиматум: до 15 часов они должны решить с кем они иначе... Что иначе не понятно, но что-то будет ...

Мы ждем. Делаем серьезные военные фотографии. Лица напряженные, суровые, соответствующие обстановке. А обстановка неспокойная и непредсказуемая. Вот Кашин тут ходит.  Никогда не знаешь, что потом он напишет.

И тут вдруг казаки строятся и  уходят от части Почему? Не ясно. 

Эта загадочная казачья душа.  

Через какое-то время все же выходит из части командир. Спокойный, уверенный, совершенно прекрасный. Полковник Стороженко удивился, что он собирается присягнуть народу Крыма. Он не знал ничего про ультимум и про то, что вел переговоры с официальными лицами Крыма. Сказал, что у них все хорошо. "Вежливые люди" говорят, что пришли, чтоб помочь защитить оружие на базе от третьих лиц. У самого Стороженко приказ от Киева: защищать часть от проникновения. И он приказ выполняет. Только проникнуть  пока пытались только ночь неизвестные.Человек 90 приехали к КПП и пытались ее штурмануть. Их не пустили отряды самообороны. "Мы!" -гордо крикнул мужчина в тельняшке, стоящий рядом. "Они",-согласился полковник

Жаль у базы интернет плохой. Очень мне хотелось посмотреть фото с дрона и оценить что именно все эти люди тут охраняют. Фото уже точно выложили. 

Уходя у КПП я вдруг заметила двух людей в форме. Украинский солдат и "вежливый человек"  мило общались и смеялись. В отличие от людей, горячо спорящих о судьбе военных, военные выражали спокойствие. 

-Интересно, о чем они говорили? 

-О женщинах.  О чем им сейчас еще говорить?